Он навещал Гитлера не менее одного раза в неделю. Кто он? Что с ним случилось?

Вскоре после капитуляции Германии, в мае 1945 года, был опознан и арестован офицер СС Отто Скорцени, ставший знаменитым в 1943 году после спецоперации по освобождению Бенито Муссолини. После побега в 1948 году из лагеря он опубликовал полные самолюбования воспоминания. Но некоторые мемуаристы и исследователи утверждали, что Скорцени — дилетант, его подчиненные — кучка авантюристов, а данные о большинстве его операций — обыкновенная выдумка. Однако в марте 1945 года сдался в плен советским войскам незаметный, но информированный сотрудник штаба Скорцени. Мы решили сравнить воспоминания Скорцени с показаниями, полученными по горячим следам.

«Создал истребительную команду»

25 марта 1945 года советская военная разведка получила не просто ценный, а ценнейший источник сверхсекретной информации. Причем на одного из десятков тысяч военнопленных поначалу не обратили особого внимания. Звание у него было невысокое, а в биографии на первый взгляд ничего выдающегося.

«Обер-ефрейтор ФИШЕР Вальтер,— говорилось в протоколе его допроса,— 1919 года рождения, родился в Партшефельд (Тюрингия), образование — среднее, до армии учился, холост, беспартийный, немец, в армии с сентября 1939 г.».

Но с осени 1944 года он служил в штабе диверсионных частей СС, которые возглавлял Отто Скорцени. Это имя было хорошо известно руководителям советских спецслужб. О нем много писали в германских газетах после проведенной под его руководством в 1943 году операции по освобождению арестованного во время государственного переворота в Италии диктатора Бенито Муссолини.

Немало рассказывал о нем на допросах и арестованный в сентябре 1944 года агент-диверсант германской разведки П. И. Таврин, чьим заданием было убийство И. В. Сталина. Об одной из встреч со Скорцени, в январе 1944 года, Таврин вспоминал:

«СКОРЦЕНИ в этот раз расспрашивал меня о Москве и пригородах и под конец прямо поставил передо мной вопрос — возможно ли осуществление в СССР такой операции, какую он провел в Италии? Я ответил, что затрудняюсь судить об этом, но, по моему мнению, проведение такой операции в СССР значительно сложнее, чем похищение МУССОЛИНИ из Италии…

У меня создалось впечатление, что СКОРЦЕНИ разрабатывает план похищения кого-то из руководителей советского правительства».

Фронтовые разведчики, которым был передан пленный обер-ефрейтор Фишер, не имели полного представления о главном диверсанте нацистской Германии и потому писали его фамилию так, как услышали,— Скорцини (неточно были записаны и многие другие фамилии, которые называл обер-ефрейтор). Однако, как только они в полной мере оценили уровень информированности Фишера, его перевезли в штаб 1-го Белорусского фронта, где обер-ефрейтора допрашивал начальник разведотдела генерал-майор Н. М. Трусов. А протокол допроса 3 апреля 1945 года отправили в Москву члену Государственного комитета обороны Г. М. Маленкову.

Информация Фишера о начале деятельности диверсионных подразделений Скорцени, до того как обер-ефрейтор получил назначение в штаб этой структуры, не во всех случаях была достаточно полной:

«Впервые был создан истребительный отряд (батальон) СС по личному заданию Гитлера старым членом СС-отрядов СКОРЦИНИ летом 1943 г., этот отряд получил задачу — освободить и похитить МУССОЛИНИ.

Еще до этого немецкое командование использовывало (так в тексте.— «История») отдельные группы лиц для действий в тылу противника, эти лица обычно готовились в дивизии СС «Бранденбург».

Для осуществления похищения Муссолини Скорцини также использовал большое количество лиц из дивизии «Бранденбург», из которых создал истребительную команду».

Эта операция проходила до появления Фишера в штабе Скорцени, и потому он имел о ней только самое общее представление:

«Мне рассказывали, что это похищение было организовано следующим образом:

Часть истребительного отряда, предназначенного для этой операции, была сброшена на парашютах у подножья горы, на которой находился замок, где содержался Муссолини. Другая часть этого отряда была сброшена на вершине горы. Одновременно на этой вершине приземлился Скорцини на самолете «Физелер Шторх». Высадившиеся отряды внезапно напали на охрану, разоружили ее, освободили Муссолини, который вместе с Скорцини улетел на самолете».

«Этот отряд получил задачу — освободить и похитить МУССОЛИНИ» (на фото — Скорцени (слева) со своими диверсантами после захвата гостиницы, где содержался Муссолини (в черном пальто), 12 сентября 1943 года)

«Подчинен непосредственно Гитлеру»

Однако о подразделениях, подчиненных Скорцени, сотрудник его штаба Фишер был осведомлен значительно лучше.

«К началу 1944 г.,— говорилось в протоколе допроса,— Скорцини по заданию Гитлера создал следующие истребительные батальоны СС:

а) Истребительный батальон (отряд) СС «Митте», этот отряд дислоцировался в Берлин-Фриденталь, командовал им оберштурмфюрер ФУККЕР;

б) Истребительный батальон (отряд) СС «Зюд-Ост», этот отряд дислоцировался в Вене;

в) Истребительный батальон (отряд) СС «Ост», дислоцировался до начала 1945 г. в Хойензальце, командовал этим батальоном хауптштурмфюрер фон ФЕЛЬКЕРЗАМ, этот отряд в основном был разгромлен в Хойензальце в январе с. г., остатки его добрались к Берлину, фон ФЕЛЬКЕРЗАМ был в конце января с. г. убит польскими партизанами.

г) Истребительный батальон (отряд) СС «Зюд», место дислокации его мне неизвестно.

д) Истребительный батальон (отряд) СС «Вест».

е) Истребительный батальон (отряд) СС «Норд-Вест».

ж) 600 (600-й.— «История») парашютно-истребительный батальон.

До недавнего времени 600 парашютно-истребительным батальоном СС командовал МИЛИУС».

Обер-ефрейтор дал показания и о составе этих батальонов:

«Истребительные батальоны СС в основном однотипны по своей организации и состоят каждый из четырех рот.

Состав рот меняется в зависимости от получаемой задачи.

Личный состав этих отрядов вооружен автоматами, для выполнения какого-либо задания участвующие подразделения получают дополнительно необходимое количество оружия других видов».

Кроме того, Фишер подробно рассказал и о штабе Скорцени:

«Общее руководство всеми вышеуказанными истребительными батальонами СС осуществляет оберштурмбанфюрер (подполковник) СКОРЦИНИ, Скорцини имеет свой штаб, основными работниками этого штаба являются:

— Начальник оперативного отделения хауптштурмфюрер ХУНКЕ;

— Адъютант СКОРЦИНИ — оберштурмфюрер ГАЛЕНТ;

— Офицер по поручениям Оперативного отделения унтерштурмфюрер ВИТМАН;

— Начальник Разведотделения — оберштурмфюрер доктор РИДЕЛЬ;

— Офицер по поручениям при Разведотделении — унтерштурмфюрер доктор ГРАФ;

— Начальник Отделения младшего начальствующего и рядового состава хауптштурмфюрер ВАЙСС.

Кроме того, при штабе Скорцини есть штабная рота, командир роты оберштурмфюрер ДРАЙВГОЛЬЦ.

Рота снабжения, командир роты хауптштурмфюрер ГЕРХАРД.

Радиошкола — готовит радистов для истребительных батальонов СС и для службы безопасности Германии.

СКОРЦИНИ подчинен непосредственно Гитлеру, задачи Скорцини получает от Гитлера в присутствии Гиммлера. Он бывает у Гитлера не менее одного раза в неделю».

«В 1944 г. истребительные батальоны Скорцини осуществили похищение регента Венгрии ХОРТИ (на фото) и его сына»

«Осуществили похищение регента»

Генерал-майора Трусова интересовали операции подразделений Скорцени, и Фишер на допросе рассказывал:

«Основной задачей этих истребительных батальонов СС является выполнение специальных заданий лично Гитлера — организация диверсий, саботажа, шпионажа в тылу противника, организация различного рода провокаций, хищение (так в тексте.— «История») необходимых лиц на территории противника и т. п.».

Говорил он и о конкретных акциях. Советское командование и руководство СССР не могли не интересовать детали того, что произошло в Будапеште в середине октября 1944 года. Несколькими неделями ранее, в конце августа 1944 года, когда Красная армия подошла к границам Венгрии, правивший страной с 1920 года регент Венгерского королевства вице-адмирал Миклош Хорти во избежание жертв и разрушений решил выйти из войны. Он сместил премьер-министра и членов правительства, считавших невозможным отказ от союза с Германией, и по различным каналам начал переговоры с союзниками по антигитлеровской коалиции. 15 октября 1944 года было объявлено, что Венгрия попросила СССР о перемирии.

Но затем Хорти неожиданно передал власть верному союзнику немцев — Ференцу Салаши, а венгерская армия продолжила воевать против советских войск вместе с вермахтом. Обер-ефрейтор Фишер на допросе подтвердил, что этот резкий поворот венгерской политики стал результатом операции, проведенной Скорцени:

«В 1944 г. истребительные батальоны Скорцини осуществили похищение регента Венгрии ХОРТИ и его сына. Немецкая пресса после этого опубликовала заявление, в котором говорилось: «Регент ХОРТИ из-за преклонного возраста и плохого состояния здоровья сложил с себя полномочия регента и назначил своим преемником САЛАШИ, Хорти приехал в Германию»».

В мемуарах самого Скорцени, первый вариант которых был опубликован в 1951 году, эти события описывались подробнее. 15 октября 1944 года он со своими помощниками после короткого боя с венгерскими военными захватил сына регента — Миклоша Хорти-младшего, которого самолетом спешно вывезли в Вену.

На следующий день настал черед его отца. Подразделения Скорцени при поддержке частей СС захватили резиденцию венгерского правительства. Регента там, правда, не оказалось, но это его не спасло от отставки и отправки под арест в Германию:

«Вечером,— писал Скорцени,— приказ предписывает мне проводить регента Венгрии в Верхнюю Баварию, в замок Хиршберг».

«В одном из домов обнаружили новую, с иголочки маршальскую форму. Тито покинул деревню всего несколько часов назад и укрылся в другом убежище» (на фото — маршал Тито. Югославия, август 1944 года)

Фишер рассказывал и о другой операции Скорцени — против руководителя югославских партизан Иосипа Броз Тито:

«Другая операция, проведенная в 1944 году, была организована с целью захвата штаба маршала Тито в Югославии, в этой операции участвовали подразделения истребительного батальона «Митте» и 600 парашютно-истребительного батальона, эта операция кончилась неудачей, так как штаб Тито и он лично к моменту высадки этих двух отрядов не оказались (так в тексте.— «История») в указанном районе».

В мемуарах Скорцени говорилось, что причиной провала стало соперничество СС с армейским командованием, которое хотело обезглавить югославское сопротивление самостоятельно и допустило утечку информации о подготовке наступления на партизан. Результат не замедлил сказаться.

«В назначенный день,— вспоминал Скорцени,— батальон парашютистов СС десантировался в долине в самом сердце непокорного района. Тут же на планерах подоспело подкрепление, сразу ринувшееся в бой. После упорного и кровопролитного сражения партизаны отступили, оставив долину и деревню. К сожалению, мои опасения подтвердились: клетка опустела, птичка выпорхнула. Нашим удалось захватить лишь двух британских офицеров связи, от которых Тито, по-видимому, пожелал избавиться. В одном из домов обнаружили новую, с иголочки маршальскую форму. Тито покинул деревню всего несколько часов назад и укрылся в другом убежище. Но это еще не все. Лишь быстрый маневр подкрепления позволил разорвать кольцо окружения, в котором оказался зажатый в горной долине батальон парашютистов СС».

«22 декабря 1944 года в бельгийском городке Анри Шапелль военно-полевой суд американской армии приговорил к смертной казни трех диверсантов из отрядов Скорцени» (на фото — приготовление к их казни. Бельгия, 23 декабря 1944 года)

«Под видом американской танковой части»

Но советское командование гораздо больше интересовали недавние операции, и обер-ефрейтор Фишер рассказал о действиях диверсантов СС во время немецкого контрудара по англо-американским войскам в Арденнах:

«Последняя операция истребительных батальонов СКОРЦИНИ, участником которой был и я, была проведена во время наступления немецких войск на западе в конце 1944 года. В конце ноября и начале декабря 1944 г. была сформирована в Графенвер 150 (150-я.— «История») танковая бригада, эта бригада была составлена из лиц, принадлежавших различным частям, основная масса знала английский язык. Бригада получила на вооружение американские танки, американские бронетранспортеры, американские «Виллисы», личное американское оружие, американскую форму, американские солдатские книжки, даже сигареты были американские. Командовал этой бригадой СКОРЦИНИ. Бригада была придана армии Зеппа Дитрих (так в тексте.— «История»).

К 20 декабря бригада сосредоточилась в лесах в районе Мюнстер-Айфель (предместье Мюнстера). 22 или 23 декабря 44 г. бригада получила приказ выступить. Бригада была разделена на три боевые группы, одной из них командовал штурмбанфюрер ХОРТИК (был ранен в первый же день), другой командовал хауптштурмфюрер фон Фелькерзам, третьей командовал штурмбанфюрер (фамилию его не знаю).

150 танковая бригада получила задачу — под видом американской танковой части выйти к Маасу и захватить мосты через Маас у Льеж, у Анден и у Намюр (так в тексте.— «История»). Части бригады должны были удерживать эти мосты до подхода дивизий «Адольф Гитлер» и «Гитлерюгенд».

Американцы, видимо, получили заблаговременно данные о готовящейся провокации, так как в первый же день ввода нашей бригады в бой нам было оказано сопротивление, и мы понесли потери. Задуманная операция провалилась».

В своих мемуарах Скорцени подробно рассказывал о том, почему не удалось выполнить приказ Гитлера. Он писал, что главной причиной провала стал приказ от 25 октября 1944 года Верховного главнокомандования вермахта о наборе добровольцев для этой секретной операции:

«Все части Западного фронта представляют… офицеров, унтер-офицеров и солдат, готовых к добровольной специальной миссии на западном театре военных действий. Добровольцы должны быть здоровы, отлично владеть навыками рукопашного боя, бегло говорить по-английски».

Причем добровольцев, как говорилось в приказе, следовало отправлять в распоряжение Скорцени.

«Этот приказ,— вспоминал глава диверсантов,— вероятно, был размножен штабами дивизий и послан в полки, батальоны и роты.

Разведка американской армии держала его в руках через восемь дней после отправки.

Первоначально американцы не сделали необходимых выводов из этого приказа ОКВ, но позже он их встревожил».

Скорцени детально описывал все трудности комплектования и снаряжения псевдоамериканской бригады: очень малое число знающих английский людей, отсутствие американской техники, оружия и боеприпасов.

«Однажды,— писал Скорцени,— мы все-таки получаем несколько вагонов американских боеприпасов, но на следующий день они взрываются. За исключением роты управления, все части получат, таким образом, немецкое оружие».

Возникла и еще одна проблема. Статья 23 Гаагской конвенции 1907 года запрещала использовать форму противника:

«Кроме ограничений, установленных особыми соглашениями, воспрещается… незаконно пользоваться парламентерским или национальным флагом, военными знаками и форменной одеждой неприятеля».

И переодетых во вражескую форму солдат отдавали под трибунал, судили по законам военного времени и наказывали в зависимости от тяжести содеянного. А то, что совершили в ходе этой операции подчиненные Скорцени, сочли особо тяжким преступлением. Ни в показаниях Фишера, участвовавшего в этой операции, ни в мемуарах его шефа напрямую об этом не говорилось. Но зато много писали другие. Известный в 1960–1980 годы публицист из ГДР Юлиус Мадер констатировал:

«На второй день наступления подчиненный Скорцени штандартенфюрер Пайпер приказал расстрелять на развилке дорог юго-восточнее Мальмеди 71 безоружного американского военнопленного. Эсэсовцы опасались, что пленные могут впоследствии разоблачить одетых в форму противника диверсантов».

Американцы, как писал Мадер, начали настоящую охоту за переодетыми диверсантами:

«22 декабря 1944 года в бельгийском городке Анри Шапелль военно-полевой суд американской армии приговорил к смертной казни трех диверсантов из отрядов Скорцени. Их показания послужили исходной точкой для операции, которую американские военные историки громко назвали «самой крупной охотой на шпионов» во всей военной истории США. В течение нескольких последующих дней перед военными трибуналами предстали еще 128 террористов Скорцени, и им был вынесен смертный приговор».

«В крупнейших городах Дании ежедневно было по несколько убийств немецких солдат и офицеров. Немецкое командование и гестапо не сумели найти виновников и организаторов этих антинемецких выступлений» (на фото — поиски участников сопротивления. Копенгаген, октябрь 1943 года)

«Истребить наиболее подозрительных»

Но самым интересным в сравнении воспоминаний Скорцени с показаниями его подчиненного оказалось то, что описанной Фишером самой успешной операции диверсантов Скорцени в его собственных воспоминаниях не было.

В протоколе допроса обер-ефрейтора говорилось:

«Мне рассказывал один из участников так называемой операции «Петер», этой операцией руководил оберштурмфюрер ШВЕРД (ныне командует одной из рот истребительного батальона «Митте»). Это была провокационная операция в Дании, проводившаяся на протяжении всего 1943 и начала 1944 года. К этому времени в Дании усилилось сопротивление немецким властям, почти каждый день взлетали в воздух казармы с немецкими войсками, эшелоны с войсками, в крупнейших городах Дании ежедневно было по несколько убийств немецких солдат и офицеров. Немецкое командование и гестапо не сумели найти виновников и организаторов этих антинемецких выступлений. Тогда было решено провести ряд новых взрывов в общественных местах, взвалить вину на датчан и «в ответ» на это истребить наиболее подозрительных датчан. Эта операция была проведена, были взорваны ряд ресторанов, где собирались наиболее видные руководители различных датских организаций. Кроме того, отряд оберштурмфюрера ШВЕРД совершил большое количество убийств из-за угла, устранив «подозрительных элементов» (так в тексте.— «История»).

Лично ШВЕРД провел основное количество убийств из-за угла, а также на квартирах датчан».

Но на самом деле в подобной «забывчивости» Скорцени не было ничего странного. В мае 1945 года его опознали и арестовали американцы.

«У меня,— вспоминал Скорцени,— была надежда оказаться на свободе летом 1947 года. Я очень ошибался. В конце июля Альберт Розенфельд, полковник американской армии и прокурор, прочитал мне документ, который привел меня в изумление: меня обвиняли в «издевательствах, пытках» и «совершении экзекуций» над примерно «100 американскими военнопленными»!»

Скорцени утверждал, что его оправдали благодаря хорошему адвокату и свидетелям защиты. Но Мадер писал, что шеф-диверсант избежал наказания благодаря тому, что начал сотрудничать с американскими спецслужбами. Его, правда, не освободили, и вскоре возникло новое обвинение — в расстреле его подчиненными мирных жителей в Чехословакии. А потом о нем вспомнили и в Дании.

«Мне,— писал Скорцени,— стало известно, что Дания и Чехословакия потребовали моей выдачи».

Но и в этот раз, как он сообщал не без гордости, до обвинительного приговора дело не дошло:

«Через две недели признали, что произошла «ошибка»; разоблачили еще пару ложных свидетелей. Тем временем меня отправили в Нюрнберг, а затем в лагерь в Дармштадте, чтобы меня там «денацифицировать»».

«У меня была надежда оказаться на свободе летом 1947 года. Я очень ошибался» (на фото — Отто Скорцени. Нюрнберг, 1947 год)

Но продолжения истории с чехословацкими и датскими обвинениями он ждать не стал. Скорцени мог не опасаться депортации в Чехословакию, ведь там в феврале 1948 года к власти пришли коммунисты и к чисто юридическим вопросам о выдаче нацистов добавились идеологические. А вот датчане вполне могли добиться успеха, и потому 27 июля 1948 года Скорцени бежал из лагеря и скрылся за границей. А чтобы не подписывать самому себе приговор, предпочел не вспоминать об операции «Петер».

Показания Фишера о самых последних известных ему операциях диверсионных батальонов — против наступающих советских войск — соответствовали тому, что писал позднее его командир. О них весной 1945 года обер-ефрейтору задавали особенно много вопросов. Причем не только из-за того, что эта информация была крайне важна в тот момент.

Допрашивавший Фишера генерал-майор Трусов в сентябре 1945 года стал начальником разведывательного управления штаба Группы советских оккупационных войск в Германии и, опираясь на уже полученные данные, имел все возможности для получения гораздо большего объема информации о Скорцени и организованных им акциях. И вряд ли можно считать совпадением то, что затем он был назначен заместителем начальника ГРУ и начальником разведывательно-диверсионной службы Министерства вооруженных сил СССР.

Он навещал Гитлера не менее одного раза в неделю. Кто он? Что с ним случилось?