«Нет справки — нет денег». Как Минобороны хоронит тех, кто отдал службе 30 лет

В марте Тамара Морошкина отнесла в суд исковое заявление к Министерству обороны. В нём жена отставного полковника, скончавшегося в Болгарии, требует от военных выплаты так называемых похоронных, которые полагаются всем бывшим военным. В случае с Виктором Морошкиным на его похороны Минобороны должно было выделить 126 тысяч рублей. Небольшая сумма за то, чтобы отдать последний долг тому, кто служил родине 32 года.
— Мы познакомились на работе, он работал под Москвой, в военной части, специализировавшейся на ракетных двигателях, а я рядом, в Королёве, мы работали над спускаемыми аппаратами для наших космонавтов. Они приезжали к нам, мы к ним, так и познакомились, — рассказывает о Викторе Алексеевиче его вдова, Тамара Сергеевна Морошкина.

Полковник ракетных войск Виктор Алексеевич Морошкин служил в армии до 1983 года, там же, на службе, из-за регулярного контакта с ракетным топливом у него начало портиться здоровье. В семье решили, что пора на покой и 32 года на службе вполне достаточно.

Однако на покой Морошкин не ушёл. Он перепрофилировался в специалиста по экономике и в течение 33 лет после окончания военной службы преподавал в университете, дослужившись до профессора. В институте профессор и полковник ракетных войск проработал до лета 2016 года.

Ещё в 2012 году проблемы со здоровьем стали серьёзнее, в лёгких обнаружили жидкость и рекомендовали регулярно менять климат. Московский стал слишком опасен.

Последние пять лет полковник в отставке ежегодно выезжал на пару месяцев в популярный среди наших соотечественников болгарский курортный городок Бургас. Не то чтобы это было его прихотью, скорее, необходимостью: климат Болгарии благотворно сказывался на заслуженном военном и учёном, и именно этот причерноморский болгарский город рекомендовали ему врачи.

— Мы могли выезжать только в два летних месяца, ведь он постоянно преподавал, готовил книги и научные пособия, принимал экзамены в экзаменационной комиссии. И дело пошло на лад, жидкости в лёгких практически не стало, поправилось самочувствие, — рассказывает Тамара Морошкина.

Именно поэтому каждое лето Морошкин с женой отправлялись в даже по нынешним временам недорогую Болгарию, где Виктор Алексеевич проходил лечение и отдыхал, надо полагать, вполне заслуженно, посвятив служению стране 65 полных лет жизни.

 

Однако осенью 2016 года вернуться домой Виктору Морошкину было уже не суждено. Сердечный приступ, с которым не смогли совладать болгарские врачи и уставший организм профессора, оборвал его жизнь. Благодаря предусмотрительности Морошкиных (в каждую поездку чета оформляла себе страховку) вывоз тела в Россию и прочие формальности не стали препятствием на пути Морошкина домой.

Здравствуй, Родина

«Нам много лет, поэтому страховка была очень дорогой. Но мы решили не рисковать и покупали её исправно, каждый год, это здорово помогло, когда Виктор Алексеевич скончался. С транспортировкой тела и другими делами никаких проблем не было. Может, если бы мы были во время сердечного приступа тут, его бы ещё могли спасти. Нет, скорая в Болгарии приехала быстро, но помочь ему, к сожалению, уже не смогли»
Тамара Морошкина
Проблемы встретили бывшего военного уже дома, когда жена Морошкина неожиданно выяснила, что Военный комиссариат Москвы отказывается выплачивать пособие на погребение, мотивируя это тем, что справка о смерти не соответствует установленной форме, а именно форме № 33, которую выдают все российские загсы, но никак не могут выдать госучреждения иностранных государств.

Столкнувшись с этим неожиданным казусом, Тамара Морошкина обратилась в МИД РФ, где пенсионерке и инвалиду второй степени с готовностью пояснили, что между Россией и Болгарией давно, ещё с 1975 года, существует двусторонний договор о принятии всех документов, выданных гражданам Болгарии или России (как правопреемницы СССР) без дополнительных согласований или уточнений.

 

На практике это означает, что свидетельство о смерти, выданное на гражданина России в Болгарии, будет равноценно свидетельству о смерти, выданному на гражданина России в России же. И ровно то же самое касается всех граждан Болгарии, усопших или погибших в России. Для всех ведомств внутри России достаточно справки из Болгарии, для ведомств в Болгарии достаточно справки из России.

«Нам-то какое дело, каким он был человеком, у нас нет справки. Идите и доставайте, некоторые наверное подделывают. А я думаю, ну как же так, так ведь нельзя!»
Тамара Морошкина
Для всех — да не для всех. Пенсионерка Тамара Морошкина на собственном опыте убедилась, что даже если твой муж отдал службе в армии треть жизни, без справки № 33, выданной загсом, армия ему ничего не должна.

Пишите, пишите

Сначала Морошкина обратилась в Военный комиссариат Москвы с просьбой выплатить причитающиеся ей на похороны мужа средства, приложив к письму имеющиеся у неё документы, в том числе и справку о смерти, выданную в Болгарии. Однако в комиссариате ей сообщили, что без справки № 33 ни на какие компенсации рассчитывать не приходится.

Старушка вздохнула и написала в Министерство обороны РФ. Указала на заслуги мужа перед армией и страной, указала на то, что никаких других справок у неё нет и быть не может. Пояснила, что в загсе ей не могут выдать справку № 33, поскольку у неё на руках уже есть легитимный и действующий на территории страны документ. В ответ получила вежливый, но по-военному твёрдый отказ: «Без справки № 33 никаких похоронных».

Морошкина не сдалась и обратилась в Министерство иностранных дел России, описала проблему и попробовала уточнить, что ей теперь делать. Письмо рассмотрели и разъяснили, что никаких дополнительных документов от неё требовать никто не вправе, между Болгарией и Россией по-прежнему действует двусторонний договор о безусловном принятии всеми органами власти документов выданных в обеих странах. Никакая дополнительная верификация документов от Морошкиной не требуется.

С пояснениями от МИД РФ Морошкина снова обратилась в Минобороны РФ, на этот раз тоже напрямую к министру обороны. Вот цитата из её письма: «Я не могу понять, как в одном государстве принято постановление Правительства РФ от 31 октября 1998 года № 1274, согласно которому для Министерства обороны нужна справка формы 33 из загса или консульства, а для Министерства иностранных дел такого постановления не существует и таких справок оно не выдаёт? Как такое может быть, почему из-за этой нестыковки страдают невинные люди?»

Переписка с Минобороны, МИД и военным комиссариатом не помогла. В декабре прошлого года вдова Виктора Алексеевича предпринимает последнюю попытку получить от военных средства в досудебном порядке. Она обращается в военную прокуратуру и в военный комиссариат с просьбой пересмотреть решение об отказе в выплате причитающихся семье покойного средств. Однако вновь получает отказ. Либо справка № 33, либо никаких денег.

«Мне один начальник из военных сказал, что, может, если я не опущу руки, то что-нибудь изменится. Мы ведь не одни такие оказались, и до нас такие были, и после нас будут»

Суд за три пенсии

126 тысяч рублей не слишком большие средства, даже с учётом того, что Минобороны сейчас приходится активно экономить на всём и перевооружаться. Но разбрасываться деньгами не стоит. Поэтому Морошкину довели до суда. Точнее, сама Тамара Сергеевна была вынуждена обратиться в суд. В семье объясняют: «Дело уже не в деньгах — дело в принципе».

Виктор Алексеевич давным-давно похоронен. Прошли и девять дней с его смерти, и сорок, и наступила весна, а умер он ещё 9 сентября прошлого года. Скоро следующие ветераны и отставные офицеры отправятся в Болгарию поправлять уже отсутствующее здоровье. Только им следует иметь в виду письмо от Военного комиссариата Москвы, которое Тамара Сергеевна получила под Новый год, 26 декабря. В нём военные чиновники в очередной и последний раз отказывают в выплате пособия, а заодно в официальной и строгой форме напоминают, что выплатят средства исключительно по предъявлению оригинала формы 33. Международные договоры, взаимное визирование документов сотрудниками МИД РФ и болгарского МИД на военных не действуют, только форма 33 из органов ЗАГС.

В результате 10 марта 2017 года инвалид второй группы, восьмидесятилетняя вдова заслуженного военного и профессора вынуждена привлечь адвоката и обратиться в Пресненский районный суд, куда ответчиками приглашены Министерство обороны РФ и Московский военный комиссариат, в качестве свидетеля будут присутствовать представители МИД, а истцом выступать сама Тамара Сергеевна.

Причём именно в финале истории стоит ещё раз напомнить, что случай четы Морошкиных вовсе не единственный и ранее Минобороны уже проигрывало подобные дела.

— Судебная практика по таким делам есть, и она положительная. По моему мнению, им проще сначала отказать и довести дело до суда, чем вносить правки в постановление правительства. Я находила подобные дела в Воронежской области и в Брянской, в обоих случаях истцы выиграли, — рассказывает адвокат Тамары Морошкиной Маргарита Пальцева.

Теперь, после обращения в суд, Тамару Морошкину и её семью ждут судебные разбирательства, которые могут продлиться от нескольких месяцев до года, в случае если военные будут оспаривать решение суда.

Пальцева сравнивает поведение военных с поведением страховых компаний, назначающих мизерные выплаты за страховые случаи в надежде на то, что пострадавшие не станут доводить дело до судебных разбирательств. То есть потери в судах в результате оказываются выгоднее для страховой компании или Министерства обороны, потому что большая часть людей отчаивается искать правды и просто отказывается от борьбы с несправедливостью.

В этом случае, уверяет дочь Тамары Морошкиной Светлана Витковская, они сдаваться не намерены и рассчитывают, что их борьба за справедливость подтолкнёт Минобороны к тому, чтобы заняться изменением ошибочного постановления таким образом, чтобы отставные военные, в случае если им по каким-то причинам довелось умереть за границей, не получали вместо посмертных почестей ворох отписок.

В Минобороны на запрос Лайфа оперативно ответить не смогли. По мнению управляющего партнёра коллегии адвокатов «Железников и партнёры» Александра Железникова, у вдовы Виктора Морошкина высокие шансы на выигрыш дела, поскольку суд, вероятнее всего, вынудит Минобороны соблюдать законодательство и двусторонние соглашения между Россией и Болгарией.

«Нет справки — нет денег». Как Минобороны хоронит тех, кто отдал службе 30 лет